Ситуации

Про сладкую жизнь.

Периодически в мой город приезжают мужчины, которые мечтают познакомиться с гениальнейшим писателем столетия. И прикоснуться, так сказать к искусству. Пощупать… буквы. Мы не можем их осуждать, конечно. Их стремления ясны и понятны. ЛЮБОМУ, даже самому некультурному человеку.
Но я, честно говоря, не знаю, где взять у себя на районе гениального писателя и выхожу к ним из подъезда сама. Прихватив, конечно же, мусор. Он же теперь как ридикюль у современной девушки. Всегда с ней. И справа, и слева. По одному.
Вот и вчера приехал ко мне юноша на дорогой машине. Кружит вокруг дома, как в той игре, где все должны прыгнуть жопой на один стул по команде ведущего. Кружит и не прыгает. Потом, слышу, звонит и кричит в трубку: «Кать! Выходи! Я боюсь тут парковаться! Как остановлюсь, так, кажется, сразу колёса скрутят. И никуда дальше не поедем».
Я с балкона выглянула, смотрю — а у него салон кожаный в его лексусе БЕЖЕВЫЙ, а не чёрный. Ну я сразу ребятам набрала. «Отбой, говорю, — птенчик в клетке, но оперение нам не подходит, ждём следующего». Кривой отвечает: «Можно я его хоть монтировкой отхожу по кудрявому черепу?». «В мир иной ты сча отходишь! — отвечаю Кривому, — Всех любителей искусства мне распугаешь, темень необразованная!». Разозлилась очень, трубку бросила. Спускаюсь к птенчику.
Рукой ему машу и иду к ̶м̶у̶с̶о̶р̶н̶о̶м̶ ̶к̶о̶н̶т̶е̶й̶н̶е̶р̶у̶ ̶ к ящику с секретами всего близлежащего района. Там уже Тамара — местная бомжиха — собирает компромат.
Села я в тачку эту дорогую. Смотрю: Баааа, а за рулём не птенчик, а пирожочек. Весь такой гладенький, румяный, аппетитный. Сколько, говорю, тебе лет-то хоть, солнышко?!
Он мне отвечает: «Двадцать пять».
«Врёшь», — говорю, ну да ладно, поехали что-ли куда-нибудь. Рукой вперёд махнула. Он тронулся. Я сижу и думаю: «С таким бы пирожочком породниться, конечно. Но в его двадцать пять я это только усыновлением сделать могу. Нет бы хотя бы взрослый, двадцатишестилетний мужчина. На мои 35+». Ох, короче, загрустила. Дорогу всю перепутала. Заплутали.
Привозит меня в американский ресторан. Ну, думаю, этим мажорам все двери открыты — страна на карантине, а им тут напитки предлагают и американские блюда деликатесные. Спрашивают: «Вам в заказ к кофе маффин добавить? А пирожок?». «Нет, — говорю, — спасибо, у меня уже есть».
Попили кофе на роскошной террасе в роще. Посидели на пне дубовом. Народа нет вокруг, всё для королей жизни! Только мужик какой-то мимо прошёл. «Нравится, — говорит, — вам наша площадка? Вот сча ещё горку доделаем, совсем детишкам хорошо будет». «Если доживут», — отвечаю ему в спину. И он соглашается: «Если доживут». И весело так дальше шагает, напевая.
Время уж близится к концу, говорю: «Ну всё, у меня дела, давай прощаться». Сначала не поверил, потом поверил и так смотрит грустно. У меня аж сердце сжалось. «Что же я за зверь такой? — думаю, — оставили бы мы тебе колёса, ты чего?! Максимум — руль бы скрутили. И кресла». Обняла пирожочка, он весь такой тёпленький, мягенький оказался. «А мы ещё встретимся, Кать?» — спрашивает.
Я про себя думаю: «Конечно, встретимся, милый. В раю. Обязательно встретимся». Помахала ему вслед. Пошла на рынок. Пахлаву и казинаки покупать.
А сегодня утром сижу, ем сладенькое, думаю о великолепии. И с умилением плАчу: опять из-за своей ранимости и щедрости осталась без ̶л̶е̶к̶с̶у̶с̶а̶ роскошной жизни. Теперь где-то там пирожок на моей машине катается, радуется. Забесплатно. И даже не поблагодарил. Некоторые люди вообще ничего и не слыхали о благодарности! Чёрт их дери.
А как ваше утро-то началось?

Facebook Comments

Популярные статьи:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *