Ситуации

Про курортных людей.

В конце первого курса института, когда занятия вяло текли к концу, словно караван уставших верблюдов. А в аудиторию проникало столько солнца, что, казалось, весь остальной мир поник во мраке, на заднем ряду амфитеатра я читала “Здравствуй грусть” и “Сиреневое платье Валентины” Франсуазы Саган. Она писала про себя и стройных француженок с жестокими сердцами, безразличных мужчин и истории, которые непременно случаются под раскалённым солнцем на горячем песке.

Вчера за соседним столиком в кафе сидела польская супружеская пара. Оба высокие, поджарые, немного за пятьдесят. Он в модных шортах и поло, она в элегантном платье и с каре.

Он резко схватил её тарелку и отбросил на край стола. Она что-то удивлённо сказала. В ответ понеслись громкие быстрые предложения, в каждом из которых “курва” через слово. Она потупилась и молча слушала. Когда заметила взгляды других посетителей, поменяла позу на возмущённую, но было видно, что её охватил страх и трепет. Он ругался всё время, что они там сидели, доедая, потом выйдя из ресторана. И пока не скрылись из вида.

На пляж пришла процессия — высокий мужчина с брюшком, низкая коренастая женщина с блаженной улыбкой на лице. И 6 детей разного пола и возраста, старшему не больше двенадцати. Я лежу на песке метрах в пяти и слышу, как мужчина опрашивает каждого члена стаи:
-Так. Ты помазал лицо?
— Помазал
— Покажи. Хорошо. А ноги помазал? Ну ка.
— Помазал.
— Так. А ты помазал лицо?
— Помазал.
и так с каждым и у каждого.
В конце опроса небольшая пауза, я приоткрываю глаз.
Раздаётся свисток. Мужчина стоит лицо к морю, делает шаг, командует: “За мной”. Стремительно идёт по песку к кромке воды. За ним гуськом ребетня. В конце — улыбающаяся блаженно мать. Командная работа уровень 100.

Сегодня на море шторм, красный флаг на будке спасателя говорит о запрете даже приближаться к воде. Об этом знает любой отдыхающий — о цветовом оповещении и безопасности на пляже на трёх языках вещают ещё в автобусах от аэропорта. Отряд детского лагеря из Борисполя с рёвом аттакующего тигра Маугли галопом летят в волну. Поседевший за секунду спасатель, выпучив с полопавшимися сосудами глаза, со всей силы выдувает в свисток, маша руками в сторону берега. Свист продолжается минут десять, делать вид, что свистят не им больше невозможно. На берегу начинается совет в филях.
— это просто фашист какой-то, что будем делать?
— давайте рассредоточимся, по двое детей на взрослого, будем заходить с интервалом в минуту и на отдалении друг от друга.
— Дети, встали в ряд, рассчитались на “один-два”, так, первая пара пошла.
Стратегия на миллион, а они ведь ещё даже в армии не служили.

Накаченный мужчина, с татуировками на загорелом теле, стоит над тонкой сексуальной женщиной и прелестной девочкой лет пяти, лежащими на пляжном покрывале.
— Оля, ты заебала, ты заставляешь меня нервничать всё время, это просто пиздец. Что тебе надо от меня, Оля? Ты понимаешь, что я от вас устал? Тебе всё равно что-ли? У меня от тебя повышается давление!
На последнем слове он даёт пронзительного петуха, швыряет в Олю своё полотенце, скомкав в руках. Разворачивается и уходит прочь. Девочка испуганно молчит. Они лежат с Олей ещё минут двадцать, потом надевают красивые одинаковые белые туники и молча уходят в догонку за своим мачо.

Солнце вконец скрывается за тучи, ветер задувает в глаза песок, мы собираем шмотки с песка и двигаемся прочь. На выходе с пляжа, под огромным зонтом, сидит голая женщина. Её груди, размером с небольшой арбуз каждая, аккуратно лежат на бёдрах. Подняв руки, она кокетливо копается в волосах, а я вижу, что под складками её загорелого рыхлого тела, всё-таки прячутся небольшие аккуратные трусики. Автоматом думаю о том, что сегодня откажусь от десерта. Вовсе они не вкусные. Я вообще сладкое не люблю. И жирное. И мучное. Сельдерей — вот пища богов. На нём и остановимся. Например.

Вечером зажигаются огни, подростки, вчера получившие паспорт, в коротких шортах и уже немного нарядные, бодро спешат на пирс — главное место встречи для романтического знакомства на вечер. Мы с подругой останавливаемся у очередного ресторанчика, засмотревшись на девицу го-го, танцующую прямо на барной стойке.
— хай, гёлс, ха-а-ю
— бляядь, ни минуты покоя
— о, девчёнки, вы русские? вот это удача
— ага, не то слово.
— ну что ты такая бука, хочешь я нарву тебе цветы вот с этой клумбы? Серёга, нарви девочкам цветы!
— мы знакомы минуту, а вы уже предложили что-то, это что-то чужое. И достать это вы решили чужими руками. На этом и попрощаемся.

По дороге к другому ресторану встречаем уже знакомую польскую пару. Они идут, держась за руки. И улыбаются. Курорт — эпицентр любви.

Facebook Comments

Популярные статьи:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *